Проза

Глава 26.

Я решил совсем не выходить из дома. Поскольку мне показалось, что мои «анонимы», сами того не подозревая, меня преследуют. Я хотел посвятить этот день себе.

Но знал, что если я не выйду из дома, то день проведу необъективно, не принимая ничего нового, не внимая впечатлениям, не зная погоду, словно амеба. Так, хорошо, выйду вечером. Часов в восемь.

Кофе сварилось, есть не хотелось. Не люблю традиции. Кто их придумал? Дань общепринятым действиям, которые несли впечатления, преданные своим ощущениям? Глупо. Не ново. Не… Но, по привычке я снял кофе с плиты, налил кофе в чашку, доставшуюся от мамы, которая была куплена когда-то в посещаемом ею музее Льва Толстого, в Ясной Поляне, из прочного фарфора, с выцветшими рисунками по бокам, еле видными от времени и , видимо, постоянной мойки. Традиция? Да. Побежден. Но все равно мой разум был убежден – убеждения, привычка. Интересно.

С какого-то времени я не стал говорить на такие события слово «ерунда». Не ерунда. Все, чем мы живем, формирует наше сознание, а оттого и жизгнь, и мысли, и исход событий, в конце концов.

В восемь вечера, как я и запланировал, я освободился уже от своих дел, и решил просто прогуляться недалеко от своего дома, где огоньки уже начинали блестеть в преддверии Нового года. Это придавало мне и радости и грусти одновременно, поскольку мне не с кем было разделить ее…

А зачем? Ведь мне и так хорошо, но, черт возьми, я бы все-таки предпочел с кем-нибудь ее разделить.

Внезапно на параллельной аллее парка, по которому я проходил, я услышал вопль. Какой-то сумасшедший вопль, мужской голос. Я моментально побежал в ту сторону. Да, со мной такое происходит, инстинкт побеждает иногда мой трезвый смысл.

Трое избивали уже лежащего на земле. Я судорожно достал свой телефон, но, передумав, подбежал к ним, и делая вид, что достаю пистолет, глядя на них, отчеканил:

— Кар-ма.

— Чего?.. Ты кто?.. – один из них посмотрел на меня, и продолжил, — топай, а?

— Топай сам, пока не отстрелил тебе…

Двое других тоже обернулись и настроили свое внимание на меня. У меня все похолодело внутри, но кто-то мне начал говорить слова, которые я стал повторять:

— Бента… Мулто… Гросси!..

Внезапно поднялась снежная пурга, да такая сильная, что влетела этим парням прямо в лицо, отчего они стали тереть себе глаза, прямо, как маленькие дети, а я стоял, невменяемый, и смотрел на все это и ничего почти не боялся.

— Урод какой-то, — промямлил один из них, — парни…

Но парни не отвечали, просто, шатаясь, и протирая глаза, еле уносили ноги…

Ветер кончился. Я пришел в себя. И молча смотрел на корчившуюся фигуру с пятнами крови на его одежде, на грязной слякоти асфальта. Это был мужчина в возрасте. Я не трогал его, просто позвонил в «Скорую».

Мужчина смог повернуть голову в мою сторону:

— Ден? Я знал, — и отключился.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *